Теория Обучение Литература Статьи Лучшие брокеры Forex

Шарп: сколько стоит актив

Решение проблемы обработки столь большого количества информации впервые предложил в 1960 году молодой экономист, однажды постучавший в дверь Марковица.

Уильям Ф. Шарп много знал об экономике неопределенности. Он родился в Бостоне, в семье куратора студенческой практики Гарвардского университета. Когда началась Вторая мировая война, Уильям с семьей переезжал из города в город, следуя по местам военных назначений отца. Он также менял университеты и сферы интересов – от Калифорнийского университета в Беркли до студенческого городка в Лос-Анджелесе, от медицины до бизнеса и экономики. Его диссертация на такую классическую экономическую тему, как трансферное ценообразование, не получила положительных отзывов; один профессор даже порекомендовал Шарпу отказаться от нее. Другой предложил претенденту посетить Марковица, к тому времени уехавшего из Чикаго и работавшего близ Калифорнийского университета (Лос-Анджелес) в известной своими интеллектуалами RAND Corporation. "Я представился Марковицу и сказал, что являюсь большим почитателем его работы", – вспоминал позже Шарп. Конечно, у известного ученого нашлась отличная тема для диссертации: упрощение портфельной модели. Марковиц также стал неофициальным научным руководителем Шарпа.

Новый подопечный тут же задал вопрос своему наставнику: что случится, если все участники рынка станут играть по правилам Марковица? Ответ его удивил. В таком случае мы получим не столько же эффективных портфелей, сколько присутствует на рынке людей, а всего один портфель на всех. И если колебания стоимости акций подскажут вторую, более выгодную инвестиционную палитру, то все дружно кинутся переводить свои деньги в акции из нового портфеля, отказавшись от первого. И вскоре вновь получится всего один "рыночный портфель". Рынок сам проделал все вычисления Марковица. Он оказался мощнейшим компьютером, динамично выдавшим схему оптимального инвестиционного фонда. Так родилось понятие индексного фонда: крупного пула (фонда) денег тысяч инвесторов, держащих акции точно в тех же пропорциях, какие сложились на реальном рынке в челом. Конечно, детали не столь просты. Прежде всего следует определиться, что понимать под "рынком": это акции только тех тридцати промышленных компаний, по которым исчисляется индекс Доу-Джонса, или же сотни, включенной в британский индекс FTSE? Учитывать ли облигации? А как насчет других рисковых активов, например кредитов под залог жилья? И к какому определению рынка мы ни пришли бы, мы по-прежнему вынуждены постоянно подстраивать наш фонд под изменения этого рынка. Стоит только продать или купить слишком много активов или неверно выбрать время операции, и убытки тебе обеспечены.

Но к Марковицу могли быть и другие вопросы. Если значение имеет только рыночный портфель, то стоимость акций одного наименования зависит только от того, как они соотносятся с остальным рынком. Конечно, работа рынка в целом отражает экономические колебания. Казначейские векселя надежны, малоприбыльны и "скучны"; с 1926 года по ним выплачивались 3,8% при очень низком риске как в хорошие, так и в трудные времена. В отличие от них, фондовый рынок рискован и "интересен"; в тот же период акции 500 компаний, котировку которых устанавливает компания Standard & Poor, приносили в среднем 13% прибыли, но их использование сопровождалось большими колебаниями вокруг среднего значения, игрой на повышение и понижение, днями биржевого краха и бума. Разрыв между средней прибыльностью фондового рынка и казначейских векселей экономисты называют рисковым вознаграждением капитала. Его также можно рассматривать как цену, которую фондовый рынок должен заплатить людям, чтобы убедить их отказаться от надежных банковских депозитов и правительственных облигаций и вложить свои деньги в ненадежные ценные бумаги.

Теперь рассмотрим отдельный вид акций. Акции, следующие за рынком – точно коррелированные с ним, – принесут доход не больше и не меньше, чем рынок в целом. Акции, дешевеющие на 4% при падении рынка всего на 2%, непривлекательны для инвесторов. Они вдвое неустойчивее, чем рынок. Покупатель не обратит на них внимание, если только не решит, что, несмотря на риск в трудные времена, в хорошие периоды они могут удвоить его вложения. С другой стороны, акции, дешевеющие всего на 1% при 2%-ном падении рынка – или, что еще лучше, дорожающие, – весьма привлекательны. Их неустойчивость вдвое ниже, чем рынка; за них платишь больше и довольствуешься меньшей, но более надежной прибылью. Величину реакции акций на рыночные колебания принято обозначать (и в таком виде использовать в математических уравнениях) греческой буквой бета, р. Подытожим сказанное. При покупке акций инвестор ожидает, что они принесут ему больший доход, чем надежные и "здравомыслящие" казначейские векселя. "Больший доход" пропорционален степени следования акций за колебаниями рынка в целом. Для примера допустим, что коэффициент бета акций Hot TechCo равен 1,5; это означает их высокую чувствительность к состоянию рынка и экономики. Подставим исходные данные в формулу Шарпа. Сначала примем, что казначейские векселя имеют 2%-ную доходность. К этому числу (2%) прибавим рисковую премию рынка по сравнению с казначейскими векселями (9%), умноженную на р. Итак, отдача от денег, вложенных в покупку акций Hot TechCo, может составить 15,5% (2 + 1,5 х 9). Это довольно большая прибыль за один год, но вполне возможная, если считать заниженной текущую рыночную оценку перспектив акций компаний – разработчиков компьютерного программного обеспечения и верить, что вскоре рынок ее откорректирует.

Данная концепция проста и понятна. Согласно ей, чем больше вы рискуете, тем на большее вознаграждение можете рассчитывать. А самый большой риск, которому подвергается инвестор фондового рынка, обусловлен общим состоянием экономики, которое, в свою очередь, отражается в упорно молчал. Проходила неделя за неделей, месяц за месяцем, но не было ни одного звонка. "Проклятье, – думал я. – Это, пожалуй, лучшая статья из всех, которые я когда-либо напишу, а никому и дела нет". Я был разочарован. И напрасно: тогда я еще не понимал, сколько времени у людей уходит на прочтение свежего номера журнала. Пришлось подождать еще немного, и начали поступать первые отклики.

К счастью или к несчастью, но и другие ученые, включая гарвардского профессора Джона Линтнера, норвежского экономиста Яна Моссина и консультанта компании Arthur D. Little Inc. Джека Трейнора, независимо друг от друга разрабатывали подобные идеи. Поэтому вслед за публикацией статьи последовала вялотекущая научная борьба. И хотя первой свет увидела работа Шарпа, сегодня большинство экономистов считают, что модель САРМ – это совместное произведение Шарпа, Линтнера и Моссина.

В наши дни практически во всех бизнес-школах мира преподают эту модель, причем не только для оценки акций. Как упоминалось выше, она также оказалась весьма удобным инструментом оценки проектов компании. Допустим, вы являетесь финансовым директором компании – производителя электронных изделий, и вам нужно решить, строить ли новый завод для производства полупроводников. С помощью модели САРМ вы рассматриваете вопрос с точки зрения инвестора, решающего, включать ли ему эти акции в свой инвестиционный портфель или, другими словами, давать ли ему свои деньги на строительство нового завода. Пусть коэффициент бета вашей компании относительно невелик – 1,1 – и меньше бета полупроводниковой промышленности в целом (1,7). Значит, строительство завода подвергнет вашу компанию определенному дополнительному риску. Чтобы его оправдать, планировщики проекта должны показать вам, что строительство обещает и некоторую дополнительную прибыль. Говоря коротко, САРМ помогает узнать "пороговое значение" ожидаемой отдачи от строительства нового завода. Если прогнозы показывают, что ожидаемая отдача превысит это пороговое значение, то можно давать "добро" на строительство. Если нет, проект следует отклонить. Подобным же образом принимают свои решения о размере оплаты коммунальных услуг многие регулирующие органы. Чтобы взять на фондовом рынке деньги, компании ConEd необходимо предложить инвесторам определенную минимальную прибыль; ее конкретный размер отчасти зависит от коэффициента бета акций ConEd. Если предполагаемая прибыль компании недостаточна, то регулирующий орган может пообещать увеличение платы, чтобы оправдать ожидания рынка. Если же прибыль завышена, плату урежут. Конечно, так происходит только в теории. На практике при расчетах по модели САРМ учитывается масса других допущений, из-за чего кажущийся объективным результат использования модели может стать столь же субъективным, как и любой другой политический или узковедомственный процесс.

Содержание Далее 


Для беспроблемного трейдинга рекомендую брокера Forex4you – здесь разрешен скальпинг, любые советники и стратегии; также можно иметь дело с Альпари; для инвесторов – однозначно Альпари с его множеством инвестиционных возможностей. – примеч. главного админа (актуально на 12.04.2018 г.).



Лучшие
брокеры:
        Альпари           Exness           Binomo
Кнопочка ТИЦ      Брокер «Альпари»      Брокер «Exness»      Брокер «Binomo»

Яндекс.Метрика